Бизнес как поле боя

Отрывок из книги бывшего спецназовца, ныне владельца медиахолдинга Hurricane Group Брэндона Уэбба «Управление бизнесом по методикам спецназа». В первой главе автор рассказывает, как призыв «Держи цель на мушке», который он использовал на службе подразделения «морских котиков», пригодился в карьере и помог концентрироваться на конкретных задачах. Глава 1. Держите цель на мушке «Привет, это Тодд Дакармен. А это Брэндон Уэбб, снайпер-инструктор "морских котиков"? Я хочу, чтобы вы научили меня стрелять. Когда вы сможете прилететь в Лос-Анджелес?» Парень сразу взял быка за рога. Я ещё не успел поздороваться и ответить «Да, это я», а он уже выложил суть дела. Не постеснялся прямо сказать, чего хочет, и намеревался получить моё согласие. Я так и не выяснил, откуда он узнал обо мне, не говоря уже о том, где взял мой номер. Да найти меня было несложно. Стояло лето 2011-го. Два года назад, после операции по спасению капитана Филлипса (капитан американского торгового флота Ричард Филлипс провёл пять дней в плену у сомалийских пиратов), когда все внезапно заговорили о «морских котиках», меня пригласили на CNN рассказать о программе подготовки снайперов войск специального назначения ВМС (Naval Special Warfare; NSW), которую мы с моим другом Эриком Дэвисом помогали разрабатывать и несколько лет возглавляли. С тех пор ко мне неоднократно обращались как к специалисту по обучению снайперов. Такому предприимчивому человеку, как Тодд, не составило труда раздобыть мои координаты. Не хотелось его разочаровывать, но я уже научился говорить «нет». В школе снайперов я работал с большим удовольствием и теперь ещё время от времени охотно выезжал пострелять с друзьями. Но частных уроков не давал. Кроме того, я был занят. Дико занят. Под завязку. «…Я тренируюсь в стрельбе из длинноствольного оружия, — говорил Тодд. — Не скажу, что плохо стреляю, но хотелось бы лучше. А вы мастер в своём деле». Мне показалось неуместным прямо сказать «нет», и я подумал, что, если запросить за работу до смешного большое вознаграждение, он отстанет. «Я беру $500 в час, — заявил я. — Кроме того, половину этой суммы, 250 в час, за время, потраченное на дорогу туда и обратно». Это значило, что путь от Сан-Диего до Лос-Анджелеса присовокупил бы к моему гонорару как минимум $1500. Добавьте к этому три-четыре часа занятий, каждый по $500, и частный урок стрельбы обошёлся бы ему примерно в $5000. Я ожидал, что Тодд пошлёт меня куда подальше. «Согласен», — ответил он. «Вот чёрт», — подумал я. Что я мог сказать? Человек смекнул, что я блефую. В ближайшие выходные я забросил оружие в багажник и отправился в Лос-Анджелес учить Тодда Дакармена стрелять. Мы провели целый день на стрельбищах. Он умел стрелять, но не был обучен правильно настраивать прицел. Я сталкиваюсь с этим сплошь и рядом: люди занимаются стрельбой, но не понимают, как важно отладить оружие. А ведь это всё равно что подогнать деловой костюм под конкретную фигуру. Вы не пойдёте на переговоры в дорогом костюме, только что купленном в магазине готовой одежды. Каждый человек уникален: у всех разная длина ног, разный обхват груди и так далее. Если вы хотите выглядеть как подобает, костюм должен безукоризненно подходить вам по размеру — только так он станет вашим. То же самое применимо к хорошему оружию. Можно, конечно, просто установить прицел и пойти стрелять, но вы не добьётесь хороших результатов. В идеале нужно лечь, прижать приклад к плечу, выбрать правильный наклон вперёд, положение щеки, расстояние между глазом и прицелом и так далее. Важна каждая мелочь. На то, чтобы сделать это правильно, настроить оружие так, чтобы оно подходило тебе так же безупречно, как костюм от Hugo Boss, обычно уходит около часа. Тодд привёз с собой пять винтовок. Мы тщательно отладили две из них. Затем начали стрелять, работая над основами. После перерыва на обед мы вернулись к стрельбе. В конце концов я остался у него на выходные. Тодд показал мне свою фабрику — огромное предприятие на территории обширной промзоны в восточной части Лос-Анджелеса. На полу лежали разбитые машины, повсюду высились бесконечные ряды палетных стеллажей с частями от автомобилей, тщательно инвентаризованными, — все они были от повреждённых Porsche. Фирма Тодда и его жены называется Los Angeles Dismantler. Они находят покорёженный Porsche Turbo, который в новом состоянии стоит несколько сотен тысяч долларов, платят около $10 тысяч страховой компании за его списание, затем разбирают на запчасти и перепродают специализированным магазинам или отдельным лицам за цену, в десять–пятнадцать раз превышающую ту сумму, которую заплатили за разбитую машину. Неплохая бизнес-модель. На следующих выходных я снова отправился в Лос-Анджелес, чтобы дать Тодду ещё несколько уроков. В этот раз за обедом он поинтересовался, чем я сейчас занимаюсь, и я рассказал ему обо всей своей разнообразной деятельности. К тому моменту я уже пять лет как уволился со службы. В первый год я выполнял контрактную работу по обеспечению безопасности для некоего правительственного учреждения в одной стране, называть которую не буду (рифмуется со словом «барак»), но потом занимался предпринимательством исключительно в частном секторе. Большую часть времени из этих пяти лет я посвятил многомиллионному проекту — строительству крупного тренировочного центра с трассой для гоночных автомобилей в пустыне Южной Калифорнии под названием Wind Zero. Также я был активным инвестором компании Neptunic, производившей водолазное снаряжение из металлической сетки для защиты от акул. Кроме того, я давал множество консультаций, писал для нескольких веб-сайтов на военную тематику, а также работал над воспоминаниями «Красный круг» (The Red Circle). Чего я только не делал. Пока я перечислял все свои занятия, Тодд не сказал ни слова. Он просто ел и слушал. Наконец, когда я остановился, чтобы перевести дух и хоть немного поесть, он откинулся назад и посмотрел на меня. «Знаете, вот гляжу я на вас и вижу самого себя». Я воспринял это как чертовски хороший комплимент и уже хотел поблагодарить, но он продолжил: «У вас в жизни полный кавардак, не находите?» Такого я не ожидал. «Совсем недавно я поступал так же, как и вы, — объяснил он. — Кидался сразу во все стороны. Однажды мой наставник усадил меня и сказал: "Тодд, тебе надо собраться и сосредоточиться на чём-то одном. Ты слишком разбрасываешься. Как только ты сфокусируешься на одной цели, жизнь начнёт налаживаться и ты далеко пойдёшь". Я внял его совету. Он был совершенно прав. Лишь только я сконцентрировал свои усилия на торговле частями Porsche, бизнес стал успешно развиваться». Тодд отодвинулся от стола. «В любом случае, — проговорил он, когда мы встали и направились стрелять, — подумайте об этом». Я подумал. Он был прав: я слишком много на себя брал, хватался за всё подряд и не отдавался целиком ничему. А это верный путь к катастрофе. И катастрофа не преминула разразиться. Проект строительства с треском лопнул. Администрация округа одобрила его, местные организации оказывали всяческую поддержку, но в самый последний момент это предприятие прихлопнули и раздавили в лепёшку из-за иска природоохранной организации Sierra Club. Мы потратили на осуществление проекта миллионы, которые вложили наши инвесторы. Судебные издержки стоили бы нам ещё миллионы. Я из кожи вон лез, чтобы спасти положение, вёл переговоры, чтобы передать проект другому застройщику, но всё тщетно. Мой брак тоже начал распадаться. Тодд попал в точку: я не сосредотачивался на одной цели. А нет сосредоточенности — нет и результатов. Надо сказать, что я уже знал об этом. Обучение фокусироваться было важной частью моей снайперской подготовки, а тренировка «морских котиков» — не двухдневный семинар. Полученные там навыки входят в твою плоть и кровь и никогда тебя не покидают. На службе мы призывали сконцентрироваться словами «держи цель на мушке», и это было так же необходимо для выживания, как и дыхание. «Брэндон, — шипит Кэссиди мне в ухо. — Тебе надо прицелиться с упреждением». Лейтенант Кэссиди, я и ещё двое «котиков» приколоты, как букашки, к поросшему кустарником горному склону в Афганистане. Группа боевиков-талибов движется в нашем направлении. Они ещё не обнаружили нас, но вот-вот засекут. Если мы вскочим на ноги и попытаемся открыть стрельбу, нам конец. Единственная наша возможность — запросить поддержку с воздуха и уложить этих парней бомбой. Желательно и самим не попасть в зону обстрела. Чтобы затребовать авиаудар такой степени точности, надо дать ребятам в Б-52 где-то на высоте полутора километров над нашими головами безошибочные координаты цели. И это придётся сделать мне. Но, поскольку мы вообще не должны были находиться здесь во время этой операции, которая была рассчитана на восемнадцать часов, а длится уже несколько дней, у меня нет с собой обычного оборудования: лазерного дальномера, спутниковой системы навигации, оптического прицела и всего остального. У меня есть только глаза, уши, мозг и чутьё. Снайперов учат определять расстояние с лёту, но обычно речь идёт о стрельбе пулей размером примерно с мой указательный палец, выпущенной из дула винтовки. Здесь же придётся сбрасывать 500-килограммовую бомбу из 125-тонного воздушного судна, незаметно летающего где-то поблизости чуть ли не на скорости звука, на цель, расположенную менее чем в 500 метрах от того места, где мы прижались к склону. И это без всяких дальномерных приборов, которые могли бы помочь мне рассчитать координаты. Другими словами, я вынужден действовать по наитию, что и имел в виду Кэссиди, говоря, что мне надо прицелиться с упреждением. Я должен дать точную наводку, и на это у меня всего несколько секунд. Притом что я нахожусь ниже цели на неровном каменистом склоне. В обманчиво смутном свете зари. Вот она — необходимость принять неординарное решение под неимоверным давлением обстоятельств. Так, ещё лучше. Начинается перестрелка. Они нас заметили. Мы стреляем в ответ. Итак, класс, давайте повторим. Толпа вооружённых людей стреляет в нас, намереваясь убить. Видимость паршивая, ориентирование — вверх по склону, прицельные и дальномерные приборы отсутствуют. Мне надо точно вычислить местонахождение противников, так чтобы самолёт сбросил бомбу на них, но не задел нас. И лётчики Б-52 ждут от меня координат, сию минуту Эта ситуация требует сосредоточенности. Сосредоточенность. Да, я знал, о чём говорил Тодд Дакармен. И не только знал, я учил этому. В бытность свою снайпером я использовал это. Только не применял к своему поведению в бизнесе. Никогда больше не допущу такой ошибки. Единственное самое важное правило «Держать цель на мушке» — это состояние предельной концентрации, когда всё твоё существо направлено на единственное намерение, ты так сосредоточен на перекрестии прицела (или на механическом прицеле — мушке; отсюда — «держи на мушке»), что всё остальное теряет чёткость и исчезает. Пусть над головой кружат вертолёты, на улице стреляют, совсем рядом кто-то кричит — для тебя ничего этого не существует. Не важно, идёт дождь или снег, стоит жара или стужа. Даже если змеи и скорпионы ползают у тебя по ногам — это не имеет значения, к делу не относится. Всё, что тебя окружает, отступает далеко на второй план, и ты совершенно спокоен, расслаблен и сфокусирован на единственной цели. Дело осложняется тем, что ты всё же должен осознавать весь этот хаос вокруг тебя. Часть твоего мозга должна фиксировать внешние факторы. Ты никогда полностью не отключаешься от них даже на долю секунды. Ты приучаешь себя не отвлекаться на них и сохранять предельную сосредоточенность. Самое главное в зоне пристального внимания я называю красным кругом — отсюда и название моей первой книги, — и это так же важно для бизнеса, как и для военных операций спецназа. Недавно я разговаривал с подругой, которая занимается бизнесом, связанным с графическим дизайном. «У меня есть прекрасный деловой проект, — сказала она, — виртуальная консьерж-служба для людей, посещающих НьюЙорк, которым нужна различная информация: как заказать столик в хорошем ресторане, где находится химчистка, где сделать маникюр — всё что угодно. Можно начать здесь, а потом открыть филиалы в других городах. По-моему, убойная идея, — добавила она, — но одна я не справлюсь. Мне нужен партнёр». «Ну вот пожалуйста», — подумал я. Видимо, то же самое пришло в голову Тодду Дакармену в тот первый день, когда я рассказал ему о себе. Честно говоря, замысел был неплохой. Возможно, даже хороший. Что-то в этом было. Но этим ли ей следует заниматься? И если да, то что будет с её дизайнерской компанией? Если вы не посвящаете всего себя на 100% начатому делу, значит, вы берётесь за него вполсилы и план предприятия получится полусырым. А недоношенный план не может привести к полноценному результату. Большинство предпринимателей от природы страдают лёгкой степенью синдрома дефицита внимания. Благодаря этому качеству креативность бьёт фонтаном, но, если не держать его в узде, оно может стать серьёзной помехой. Мне всё время попадаются начинающие бизнесмены, которые говорят: «Да, я тут открыл три компании» — и мне больше не надо ничего слышать, потому что я уже знаю, как закончится эта история. Вы можете думать, что будете вести три или четыре проекта одновременно, пока один из них не вырвется вперёд, — но вы себя обманываете. Всё, что вы делаете, это лишаете возможностей все три или четыре компании. Нужно выбрать одно дело. Не два. Одно. Какое именно? Какой из всех замечательных проектов, над которыми вы могли бы работать, более других заслуживает вашего безраздельного внимания? Здесь нет конкретного подхода, единого для всех, потому что каждый человек и ситуация неповторимы. Это может быть проект, наиболее целесообразный в ваших обстоятельствах; наиболее продаваемый; тот, где вы можете применить свои лучшие навыки; тот, что больше всего волнует ваше воображение, заставляет сердце биться чаще, греет вашу душу; тот, о котором вы твердили десять лет, но не решались воплотить в жизнь; или даже тот, который больше других вас пугает. Что бы это ни было, я могу сказать только одно: как только вы начнёте задавать вопросы, честно и на полном серьёзе, ответ придёт сам собой. Если бы мне нужно было назвать базовое правило успеха в бизнесе, я бы сказал так: выберите одно направление, сосредоточьтесь на нём и вложите в него все свои умения и навыки без остатка. Сконцентрируйтесь на своём деле, не жалейте на него сил и научитесь отказываться от всего прочего. Когда у вас появится финансовая возможность нанять талантливых людей или заключить с ними партнёрское соглашение и достаточно сильная команда, чтобы освоить ряд других сфер, тогда можете добавлять другие проекты к своему портфолио… вероятно. Если вы Ричард Брэнсон или Илон Маск. Я видел владельцев бизнеса, которым это удавалось, хотя они не были миллиардерами. Но такая многогранность из области эквилибристики, и вы явно не захотите даже думать о ней, пока ваш собственный бизнес не вырастет до желаемого уровня и не встанет крепко на ноги. Потерять концентрацию внимания так легко. Это первое условие: сосредоточьтесь на задаче. Сфокусируйтесь на цели. Не рассеивайте внимание. Один день — одна пуля Вы, вероятно, слышали о начальном курсе подготовки водолаза-подрывника BUD/S — суровых отборочных испытаниях в подразделение SEAL, которые длятся семь месяцев. Возможно, вы даже видели кадры, как курсанты бегают по песку, таская на плечах огромные брёвна, или как их поливают мощной струёй из шланга, или как они часами тренируются в ледяных волнах прибоя. Вместе со мной занятия в группе начали 220 человек, а через семь месяцев нас осталось меньше двух десятков. Так что вы не ошиблись: это очень несладко. Занятия в школе снайперов были и того хуже. Трудно в полной мере передать, насколько мучительно, тяжело, изнурительно обучение в снайперской школе «морских котиков». Тем более что напряжение вы испытываете преимущественно психическое. Час за часом, день за днём вы находитесь в невероятно жёстких условиях и обязаны справляться с небывало сложными задачами, отвечать самым взыскательным требованиям. Это выматывает физически и психологически. Для меня самым тяжким, невыносимым, кошмарным элементом обучения было задание, которое мы выполняли первым делом каждое утро. Оно называлось «Холодный ствол». Идея проста: проснувшись на рассвете, курсант сразу отправляется на стрельбище и делает один выстрел в ту цель, которую ему укажут. Замысел в том, чтобы имитировать боевые условия, когда снайпер ещё не разогрелся, не подготовился, не знает обстановки и вдруг внезапно от него требуются решительные действия. Промахнулся три дня подряд — отчислен. Как мобилизовать свои силы, чтобы неизменно попадать в цель каждое утро? Если побежать на стрельбище как можно раньше, чтобы было больше времени подготовиться к выстрелу, то на поле будешь задыхаться. Если идти размеренным шагом, следя за дыханием, чтобы одышка не помешала стрелять, не успеешь подготовиться. Ни один человек не находится на пике формы сразу после пробуждения, даже «морской котик», так что можно поставить будильник и встать пораньше, но потом мучиться от недосыпа сильнее обычного. В данных обстоятельствах ничего поделать нельзя. Даже холодная винтовка ведёт себя иначе, чем пристрелянная. Если выстрелить из ствола хотя бы три или четыре раза, металл разогреется, а значит, изменится баллистика пули. Но речь идёт о выстреле из холодного ствола. Замечательно: сонное тело и нервная система, холодное и непредсказуемое оружие. Коли на то пошло, даже холодная пуля поведёт себя не так, как тёплая. Поэтому я спал с патроном под подушкой. Это было единственное, что я мог сделать. Каждую ночь я клал с собой в постель пулю и спал с ней, как с воспоминаниями о потерянной любви. В первый день я промахнулся. Во второй тоже. Больше я не промахивался никогда. Сегодня, когда прошло больше пятнадцати лет с тех пор, я всё ещё каждое утро просыпаюсь с ощущением, что у меня под подушкой .300 Win Mag. Я пью кофе в Сохо, или сажусь на ранний рейс в аэропорту Кеннеди, или направляюсь в телестудию на Манхэттене, чтобы дать утреннее интервью по поводу последних изменений внешнеполитического курса, — но мысленно нахожусь на стрельбище и готовлюсь всадить свою единственную пулю прямо в цель. Мои родители всегда говорили: если собираешься что-то сделать, постарайся справиться с первой попытки. «Холодный ствол» научил меня, что иногда рассчитывать на второй шанс не приходится. Разогреться удаётся не всегда. Сделать пробный выстрел удаётся не всегда. Не всегда можно вернуться в строй после первого промаха. Вот почему нужно управлять бизнесом, держа цели на мушке: каждый день может возникнуть необходимость принимать решения, от которых зависит судьба вашего предприятия, а то и карьеры. Каждый день вы можете столкнуться с неожиданными обстоятельствами, непредвиденным поворотом событий, внезапно оказаться перед неочевидным выбором. В таких ситуациях у вас есть только один патрон, один выстрел, и нельзя позволить себе промахнуться. Даже когда не возникает критических ситуаций, действуйте так, чтобы предусмотреть их, проживайте день с единственным патроном в кармане — и способность лавировать даст вам преимущество и обеспечит успех. Приобретите здоровую одержимость Всадить одетую медью высокоскоростную снайперскую пулю в цель, находящуюся на расстоянии более 900 метров (это десять футбольных полей, такое пространство невозможно даже охватить невооружённым глазом), — чрезвычайно сложная задача. Между выстрелом и моментом встречи с объектом на траекторию полёта пули влияют многие физические явления и факторы окружающей среды: потоки ветра сносят её вправо или влево, сопротивление воздуха замедляет, сила тяжести тянет вниз. Время суток и температура воздуха воздействуют на скорость пули, когда она вылетает из ствола, а от скорости пули зависят свойства описываемой ею дуги. Естественная тенденция вращающихся предметов к прецессии — явление, при котором крутящийся предмет по мере замедления начинает раскачиваться, затем буксует и падает, — свойственна и движущейся по спирали винтов