Трудоголики. Что стоит за непереносимостью отдыха, расслабленности, ничегонеделания? [Институт Открытого поля] [Анна Морозовская]

От работы «дохнут» не только кони, но и люди. Трудоголизм – процесс, который захватывает и которому так же тяжело сопротивляться, как и любой зависимости. Социально он одобряем, а потому сложно распознаваем как болезнь или патология. Зачастую это люди с подорванным здоровьем. Они считают, что им просто некогда заниматься собой. Вероятность заболеть или «заработать» хронический недуг не идет в сравнение со страхом потери контроля – снять с себя груз ответственности, передать другим, согласиться с периодами бездействия невозможно. И в отпуске, если он случается когда-то, они тоже работают. Что стоит за непереносимостью отдыха, расслабленности? Как устроен процесс самобичевания за «ничегонеделание»? И почему так получается, что работа, занимая главное место в жизни, вытесняет все остальное не то что на периферию, но и вовсе отменяет близкие связи, друзей, увлечения, мир вообще, где есть что-то кроме, и даже собственное тело? Такие клиенты не придут к нам с тем, чтобы их освободить от этого груза. Они будут запрашивать себе силу и ресурс, чтобы работать еще эффективнее, говорить о симптомах и здоровье, ведь им мешает работать «непослушное тело», о том, что не хватает денег, и, конечно, о том, что нет отношений или они разрушаются. На группе мы будем смотреть, что скрывается за разрушающей работоспособностью в погоне за статусом, деньгами и выживанием? Как обходиться с силой и бессилием трудоголика, его страхом потерять контроль? Что ставить в расстановке и где искать новое решение для него и его системы так, чтобы он смог его взять и присвоить? На группе будет теория, упражнения для всех участников и расстановочные работы, которые сделают студенты «Открытого Поля» с моей обратной связью. Когда мы смотрим на трудоголизм через поле, он проявляется не как давление социума, амбиции, цели карьериста, сложившийся характер, а способ поддерживать связь с чем-то большим, что стоит за родовой системой. В расстановках часто видно, как за бесконечной занятостью открывается не столько желание достичь, сколько необходимость удерживаться в балансе, не завалиться окончательно от тех динамик, которые пришли раньше или сложились еще в раннем детстве. Иногда это бегство от чувств, а иногда — попытка "отработать" чужую судьбу или «долг системы». Трудоголик словно пытается что-то догнать и куда-то успеть, выдерживая при этом большое давление поля. В расстановке это видно у заместителей как подавленность и своего рода «спресованность» вместе с навязчивой потребностью двигаться только бы не встретиться, с тем, что вытеснено, и с чем он в действительности может не справиться: тоска, вина, одиночество, забытые истории семьи. Успешная начальница, которая никогда не отдыхает, ведь если остановиться - поднимется тоска по матери, умершей очень рано; Не слишком удачливый коммерсант годами строит раз за разом сомнительные бизнесы, пропадает в кредитах и финансовых аферах в попытках «оплатить» жизнь деда и его вину об оставленной первой семье во время войны и погибшей в нищете; Просто сотрудник в большой системе, привыкший брать на себя десять дел сразу, чтобы не чувствовать одиночество, которое тащится за ним с самого рождения, где мама рано родила и оставила бабушке, пытаясь устроить свою личную жизнь. Взрослые дети алкоголиков (или деструктивных семей) также неосознанно «выбирают», если не алкоголизм из лояльности к одному из родителей, то часто именно трудоголизм. Их детская привычка «спасать» и держать семью, скреплять брак родителей со временем никуда не исчезает: «Если я не возьму ответственность — всё рухнет», они продолжают «спасать» начальников, клиентов, заведомо гиблые проекты. Так, адская работа становится инструментом удержания исключенного. Она держит границы, пока человек «держит» семью или историю рода. В полевой работе мы увидим переплетение и то, чью судьбу оплачивает трудоголик своим временем и силами. Когда мы с уважением распаковываем в поле эту тяжесть, она раскрывается как движение любви. Работа видится способом связи с родителями, предками, и даже самим собой. Если этому дать место, то в поле придет движение, где энергия вернется к своим источникам, откроется возможность переустановить связь и тогда работа может стать ресурсом, а не замещением исключенного материала. И здесь важно не бросать работу или начать резко отдыхать (хотя это всегда полезно), а замечать: что мною движет, каких чувств я пытаюсь избежать? Кому я служу своей усталостью? Когда это становится видимым или хоть как-то осознанным, появляется шанс поставить работу на её место ресурса и поддержки жизни, а не в ее замену. Программа группы: 1. Теоретическая часть из расстановочного и полевого подхода в контексте заявленной темы 2. Упражнение и расстановки участников группы и их разбор Ведущий: Анна Морозовская - расстановщик, полевой терапевт Образование: Университет Российской Академии Образования (социальная психология), НИИ СПиПРЛ (системная семейная терапия, расстановки), Центр Современных Системных Расстановок (Е.Веселаго) Также прошла обучение по работе с зависимым поведением (Ролланд Шиллинг, МПЛ12), работа с травмой в биодинамическом подходе, Биосинтез, арт-терапия, тренинг тренеров. Расстановками профессионально занимаюсь с 2012 года. Работаю с зависимыми и исследую тему с 2016 года как полевой терапевт и расстановщик. Мне интересно находить ресурс и легкость там, где его кажется, что нет. Трудную тему сделать пластичной и осваиваемой. Нахожу в этом разные инструменты и проходы, проводя тематические Группы и тренинги на такие темы как: работа с Тенью, зависимостью (пищевая, алкогольная, любовная), семинары по работе с внутренним ребёнком, группы по работе с депрессией. Также обучающие и терапевтические семинары для будущих коллег и помогающих практиков о начале своего дела и проявленности в профессион альном Поле 6 октября 2025 года