Как поступают действительно умные люди

Как поступают действительно умные люди Бенджамин Франклин понимал, что был умен — умнее многих своих современников. Но он был также достаточно умен для осознания того, что не может быть прав во всем. Поэтому каждый спор он начинал примерно с таких слов: «Я могу ошибаться, но…». Такое вступление не только успокаивало собеседников: им оно помогало не принимать разногласия слишком близко к сердцу, а самому Франклину — психологически настроить себя и быть более открытым к новым идеям. История показывает, что мы склонны выбирать непоколебимых, предсказуемых и решительных лидеров в политике и бизнесе. Однако исследования говорят, что лидеры, которые нам действительно необходимы, обладают прямо противоположными качествами: креативностью и гибкостью. Нам нужны люди, которые, подобно Франклину, не только достаточно умны и решительны для того, чтобы мотивировать окружающих на новые достижения, но и обладают гибкостью, позволяющей им мыслить вне привычных рамок, признавать свои ошибки и приспосабливаться к изменяющимся условиям. Изменить привычное мышление и образ действий сложно, но очень важно в условиях нашего богатого на все новые потрясения времени. В массовой культуре такая когнитивная гибкость называется «открытостью мышления». Чем больше становится разногласий в обществе, тем сильнее от способности наших лидеров (высшего руководства страны или первых лиц компаний) проявлять гибкость зависит выживание как компаний, так и целых сообществ. К сожалению, ученые десятилетиями безрезультатно обсуждали определение понятия «открытости мышления» и факторов, влияющих на формирование этого качества. Отчасти это было обусловлено отсутствием надежного метода оценки этой категории. Однако не так давно психологам удалось переосмыслить концепцию «открытости мышления» — и даже найти способ ее количественного измерения. Прорыв в этой области произошел, когда исследователи начали экспериментировать с понятием «интеллектуальная скромность», связанным с религией. Мыслители веками пытались ответить на вопрос, почему некоторые люди упрямо цепляются за свои религиозные убеждения, даже если им предоставляют факты, способные, казалось бы, отвратить их от прежних взглядов, — и почему другие, наоборот, быстро принимают новые убеждения. Интеллектуальная скромность, по мнению исследователей, — это качество, находящееся между двумя этими крайностями. Она определяет готовность к изменениям вкупе с пониманием того, когда изменения все же нежелательны. Несколько лет назад ученые из ряда университетов начали применять эту теорию в сфере практической повседневной психологии. В 2016 году исследователи из Университета Пеппердайна опубликовали статью, посвященную способу оценки четырех составляющих концепции «интеллектуальной скромности», выделенных ими: 1. Уважения к иным точкам зрения; 2. Отсутствия чрезмерной уверенности в своих умственных способностях; 3. Способности отделять собственную личность от интеллекта; 4. Готовности пересматривать свою точку зрения. Интеллектуально скромные люди получили бы наивысшие баллы по каждому из этих пунктов. В любом случае, разбив понятие на четыре составляющих, исследователи из Университета Пеппердайна нашли подходящий метод выявления факторов, которые препятствуют открытому непредвзятому мышлению (у меня, к примеру, оказались низкие показатели способности разграничивать свои личность и интеллект). Однако другие исследователи открытого мышления считают, что в этой концепции не достает еще одного элемента. «Пока я скептически к ней отношусь», — говорит Джейсон Бэйр, профессор философии в Университете Лойола Мэримаунт. Он определяет способность к открытому мышлению как «желание и, в определенных рамках, способность выходить за границы стандартных когнитивных позиций, то есть мнений, чтобы эффективно воспользоваться преимуществами других когнитивных позиций». Точка зрения Бэйра заключается в следующем: вы можете обладать интеллектуальной скромностью (то есть готовы к изменению своего мнения о чем-либо), но если вы недостаточно любопытны, чтобы вникнуть в суть взглядов, отличных от ваших, вас нельзя назвать человеком с открытым мышлением. Как отмечает Бэйр, недостающим звеном теории, изложенной исследователями из Университета Пеппердайна, может быть качество, измеряемое с помощью проверенного временем метода оценки личности так называемой Большой Пятерки, а именно открытость опыту, или готовность опробовать что-то новое и воспринимать новую информацию. Если открытость к получению опыта означает, что вы хотели бы попробовать мороженое со вкусом маринованных огурцов, то интеллектуальная скромность — черта, благодаря которой вы открыто признаете, что оно вам понравилось — даже если такого исхода вы не ожидали. Человек, в котором оба эти качества развиты на высоком уровне, с большей вероятностью будет прислушиваться к окружающим, кем бы они ни были, — и после обмена аргументами сможет проявить, подобно Франклину, гибкость мышления. Для моей последней книги «Команды Мечты» я объединил оба метода оценки — тест интеллектуальной скромности Университета Пеппердайна и тест открытости опыту Большой Пятерки — и провел серию исследований среди тысяч американских служащих, чтобы найти взаимосвязь между открытым мышлением и тем, как живут и работают участники моего эксперимента. (Здесь вы можете пройти полное тестирование.) Результаты показали, что большинство участников переоценивают себя: 95% опрошенных оценили открытость своего мышления «выше среднего», что, естественно, не может быть правдой. Но это только подчеркивает, насколько руководители и лидеры не до конца понимают и недооценивают роль интеллектуальной скромности в своей профессиональной деятельности. Мои исследования показали, что, как правило, существует сильная взаимосвязь между некоторыми видами деятельности и интеллектуальной скромностью. Частые путешествия или, что еще лучше, длительное проживание в контексте новых культур заставляют нас с большей готовностью пересматривать привычные взгляды на мир. В конце концов, если мы принимаем как данность существование образа жизни, отличного он нашего, то логично было бы предположить, что наше сознание более открыто к новым подходам к решению проблем также и в профессиональной деятельности. Это дополнительно подтверждается результатами последних исследований в области нейронаук о том, как повествование влияет на развитие эмпатии к окружающим (здесь вы можете прочитать статью Пола Зака для HBR на эту увлекательнейшую тему). Люди, читающие художественную литературу, чаще обладают интеллектуальной скромностью, — возможно, потому, что их сознание более восприимчиво к нарративам, отличающимся от их собственных. Они воспринимают опыт и высказывания персонажей как потенциально допустимые. Предварительные исследования также показывают, что практики осознанности и медитации, анализ мельчайших нюансов своей личности — например, с использованием метода эннеаграммы), — а также ознакомление с теорией нравственных основ (с помощью таких платформ, как Open Mind) — все это помогает начать действовать с большей интеллектуальной скромностью. Для изучения новых методов развития интеллектуальной скромности и каждого отдельного фактора, влияющего на нее, предстоит сделать еще многое. Однако Бен Франклин уже продемонстрировал нам прием, который можно начать использовать прямо сейчас: чтобы узнавать что-то новое и расти, он старался сдерживать чрезмерную уверенность в своем интеллекте. Говоря «Я могу ошибаться, но…», он не просто заставлял собеседника выйти из оборонительной позиции. Он еще и настраивал себя на большую открытость и готовность к пересмотру своей точки зрения. В конце концов, даже если бы кто-то ему возражал и выиграл бы спор, Франклин всегда мог бы ответить: «Вот видите! Я был прав! Я сказал, что могу ошибаться, — и так оно и вышло!» Об авторе. Шейн Сноу (Shane Snow) — автор книги Dream Teams: Working Together Without Falling Apart и других работ, где он применяет научные открытия к практике предпринимательства.